Это происходит из года в год, снова и снова. Мы собираемся вместе в кафе. Сдвигаем два столика в один. Садимся вокруг. Внешне не происходит ничего особенного. Разговариваем, пьем что-то.
- Ну, что там с курсовыми?.. - А ты смотрел этот фильм ?.. - Вы ходили на выборы?.. - Сегодня на второй паре было даже интересно… - А я сейчас «Винни-Пуха» читаю… - Знаете, на факультете кофейная машина появилась… - Я послезавтра в Москву еду… - В этом семестре мне только два предмета нравятся… - Вы смотрели последний КВН?..
Внешне не происходит ничего особенного. Мы такие же, как всегда. Но мы меняемся. И наши маленькие собрания – как верстовые столбы у дороги: показывают, где мы и сколько нами пройдено.
Самое начало первого курса. Мы заходим в модное кафе. Я достаю из сумки первый том «Капитала» Маркса – тяжелый, тридцать седьмого года издания, умудренный жизненным опытом: вид у книги такой, будто на нее ставили сковородки. Предполагается, что я буду ее читать прямо там, за чашкой капуччино. Это казалось круто – сидеть пить кофе в модном кафе и читать «Капитал».
Вот снова собрались. День рождения. Цветы, подарки, смех, вспышки фотоаппарата. 18 лет – значит, кто-то из нас стал дееспособен.
Конец семестра. Столик завален конспектами, почти тишина. Мы готовимся к первой сессии.
Память выхватывает из истории другой кадр. Лицо моей подруги, освещенное неверным светом тусклой лампочки, и тонкая струйка сигаретного дыма… Был грустный день. Мы впервые столкнулись со смертью. Мы повзрослели.
Первый курс: женская беседа за чашкой кофе. Девчонки эмансипированно заявляют, что замуж выйдут не раньше тридцати лет: карьера. Третий курс: коэффициент корреляции между словами «хочу» и «замуж» значительно возрос.
На первом курсе еще часто звучат воспоминания о школе. Теперь говорим о том, что неплохо бы открыть свое дело.
Недавний эпизод: мы собрались за чашкой /рюмкой чего-то, и наша староста, утомленная очередным ожиданием в очереди на копирование, размышляет вслух:
- Вот если открыть сеть маленьких ларьков с ксероксом, то это было бы неплохим бизнесом… Везде надо ждать в очереди, а здесь это можно делать быстро. Если не «загибать» цены, то клиентов будет много…
Староста с энтузиазмом стала развивать свою идею. Потом кто-то произнес:
- А вы знаете, в Новгороде был магазин N. Там цены были намного ниже, чем в других местах. Этот магазин сожгли. Их это не остановило, они все отстроили заново. Тогда владельца магазина убили.
Все помолчали. Затем кто-то прокомментировал:
- Вот вам и свободная конкуренция.
Опять помолчали. Староста прокручивала что-то в голове. Вдруг она нарушила тишину:
- Слушайте, а ведь эти ларьки можно разместить прямо у метро! Из-за того, что это всего лишь палатка, цена аренды должна быть ниже!..
И вот снова мы заходим в кафе, сдвигаем столики… Болтаем о курсовой, об экзаменах, кто-то пересказывает КВН… Не то чтобы мы были самыми близкими на свете друзьями, нет… Но между нами появилась какая-то связь, которая, возможно, прочнее личной привязанности друг к другу. Мы группа.
Пройдет еще сколько-то таких встреч, и мы соберемся в последний раз. Сдвинем столики, выпьем за защиту диплома, и... А может, это будет и не последний раз.